Когда в 2020 году в Беларуси вспыхнули протесты, силовой блок и военные не могли остаться в стороне, потому что армия не служит народу, а защищает конституционный строй и должна беспрекословно выполнять приказы начальства, а законные они или нет — это всегда вопрос того, кто дает оценку. Об этом в видеоинтервью «Минскому курьеру» высказался бывший начальник Генштаба Вооруженных сил Беларуси, генерал-майор Олег Белоконев, который сейчас является депутатом и главой комиссии по нацбезопасности Палаты представителей.
По словам Белоконева, ситуация в стране была близка к внутреннему конфликту:
— Уже в 2020 году существовала та военная доктрина и та концепция национальной безопасности, где было понятие «внутренний конфликт». Он может быть вооруженный или невооруженный. Мы вышли, реально, с учетом действий коллективного Запада, нагнетания вот этой обстановки, информационное поле работает и так далее, то есть мы вышли на то, что мы близки, а может быть, можно оценить, что это и был уже внутренний конфликт. И в этой ситуации силовые компоненты военной организации государства не могут оставаться в стороне.
Белоконев напомнил, что в 2020-м военные были выведены на улицы Минска для оцепления Стелы «Минск — город-герой» и других объектов.
— В данной ситуации министр обороны имел полное право и он это сделал, потому что осквернялись памятники, какие-то бело-красно-белые тряпки обматывают на площади Победы, на Стеле и так далее. Он сказал — все. Во-первых, это высвободило определенное количество подразделений МВД, внутренних войск. Он сказал: теперь будут охранять военные, и шутить с нами не надо. [монтажная склейка] Пока Вооруженные силы оружием не бряцнут, народ не остановится. И это был первый посыл того, что Вооруженные силы находятся под руководством главнокомандующего, — сказал Белоконев.
Он объяснил, почему ни армия, ни силовики не сложили оружие, как того ожидала часть протестующих.
— В том числе и в присяге четко написано: армия не служит народу. Этого нет нигде. Там написано: «Должен быть предан своему народу». Но народ — это не миллион, это 9 миллионов 444 тысячи, это большинство. «Беспрекословно, точно и в срок выполнять приказы командиров и начальников». А дальше можно же оценить по-разному, приказы могут быть преступные, могут быть не преступные, но это кто как оценивает, да? Коллективный Запад по-одному это оценивает, мы по-другому. А дальше три вещи прописано в присяге: по защите конституционного строя, независимости и территориальной целостности. Силовой блок не может оставаться в стороне.
По словам Белоконева, сейчас силовой блок еще больше консолидирован, чем два года назад, также введено много поправок в законодательство, особенно в области применения оружия, которые устранили разночтения и позволяют силовикам эффективно «выполнять свои обязанности».
— А вообще главное — чтобы этого не было, 20-го года, чтобы Вооруженные силы не брали под охрану памятники, не появлялись на улицах боевые машины пехоты, БТР, танки, надо всем жить по закону и по Конституции, — резюмировал экс-глава Генштаба. — Если там написано, что нельзя проводить несанкционированный митинг, значит его нельзя проводить. Вы сначала получите все разрешения и так далее. А если вы этого не сделали и выходите на какую-то площадь, то вы должны понимать, что власть это терпеть не будет и вы будете отвечать. Ну и в том числе это не исключает силовой разгон данного мероприятия, потому что он противозаконный.
Напомним, во время протестов в Минске в 2020 году военные не только охраняли памятники. Известно, что некоторые подразделения армии применялись и «охраны правопорядка», то есть были задействованы в разгоне протестов, например, в Бресте — в/ч 89 417 Сил специальных операций (Марьина Горка). Один из ее военнослужащих, капитан Роман Гаврилов, тогда застрелил брестчанина Геннадия Шутова (впрочем, его действия суд признал правомерными, а Шутов был посмертно признан виновным в насильственном сопротивлении силовикам, его друг Александр Кордюков получил 10 лет колонии по статье о покушении на убийство силовика).